Previous Entry Share Next Entry
ПравдаЪ о 'сталинском' времени в детской литературе. (Silent)
orang
vamoisej
ПравдаЪ о 'сталинском' времени в детской литературе. (Silent)

65 лет нам рассказывают о репрессиях. Наших родителей обрабатывал Солженицын. Нас – вначале он же, потом пошел залп из всех орудий – к неполживому примкнули рыбаковы-астафьевы и много кто еще, и, конечно, «Огонек» Коротича. Для наших детей уже было готово огромное количество литературы художественной и не очень, кино, материалы в интернете и, главное, раздел в учебниках истории, написанный при заботливом участии фонда Сороса.

За 65 лет поверили многие, но не все… ну хоть ты тресни – не все. А ведь столько усилий приложено.

Неполживые сдаваться не собираются. Ведь не каждый гражданин еще охвачен правдойЪ – маленькие дети оказались в стороне. И это упущение резво исправляется в последние годы.

https://otr-online.ru/programmi/prav-da/detyam--o-47966.html

Я приведу в пример несколько детских книг – самых нашумевших и обсуждаемых. Издатели говорят, что дети имеют право знать правду. Ну а мы имеем право знать, что пишут для наших детей и внуков.


Начну с самой известной, популярной, имеющей множество наград.

       О.Громова «Сахарный ребенок».

Много раз переиздавалась, есть аудиокнига, идет речь о фильме, автор ездит по всей стране, активно пиарит свою правдуЪ на занятиях в библиотеках и в школах.

Ольга Громова - журналист, библиотекарь, много сотрудничала с Фондом Сороса, занималась на его семинарах. Главный редактор журнала «1 сентября»и газеты «Библиотека в школе». Сторонница много чего, в т.ч. раннего полового воспитания и вообще скандинавской модели воспитания. Взглядов не скрывает – вот, например, ее статья о толерантности:

http://lib.1september.ru/2001/03/2.htm

Ну и собственно книга. Во всех предисловиях автор уверяет, что «все факты из жизни этой семьи … – все это правда. Читаем:

Итак, жила в Москве семья Лихтмахер. Папа, мама и дочь 1931 года рождения. Все было замечательно, пока в 1936 отца не арестовали. В 1937г. мать и дочь отправляют в ссылку в Киргизию. Причем едут они туда своим ходом в мягком вагоне.  Однако по прибытии их отправляют « в ещё не действующий, строящийся лагерь, где собрали жён и детей «врагов народа». Были, как и положено, колючая проволока, вышки, часовые на них.

На территории — ряды строящихся бараков и несколько готовых, пустых. В них не живут — это рабочая зона».

«…нас вообще-то не должны были отправлять в лагерь, мы были приговорены только к ссылке как ЧСИР — «члены семьи изменника родины». Но лагерей в стране не хватало, и надо было кому-то строить новые. Потому мы и другие такие же жёны и дети «врагов народа» попали сюда».

Ну да. Конечно, новые лагеря строили женщины и дети, кто ж еще.

Самые яркие моменты в книге – это лагерная жизнь 6-летней девочки:

«Я потянулась к цветку — чуть-чуть не достаю. Присев на корточки, я соображала, как и куда просунуть через проволоку руку, чтобы точно дотянуться. На меня упала чья-то тень. Я обернулась, улыбаясь во весь рот… и мне на голову обрушился удар прикладом. Я помню руку и приклад, а дальше — темнота.

Время болезни я не помню. Из редких фраз, оброненных мамой спустя много лет, я знаю, что лежала недели три, что кровотечение останавливала одна из арестанток и она же «собрала» сломанные кости носа и челюсти, забинтовала чем было, чтоб не смещались».

«Вдруг что-то обожгло мне ноги и спину.

Я вскочила. Рядом, с камчой в руках (это такая плётка из ремешков), стоял человек в штатском. Он заорал и снова стегнул меня по спине.

На несколько секунд я оглохла и ослепла».

Вот так жилось детям в 1937 году в лагере в Киргизии. Тут даже не целились, тут сразу прикладом по башке.

Вот только в 1937г. лагерей ГУЛаг в Киргизии не было вообще и героиня никак там не могла оказаться.

Согласно Мемориалу, на территории Киргизии был только один лагерь http://old.memo.ru/history/nkvd/gulag/maps/masia.htm

Подгорный ИТЛ действовал с мая 1951 г. по ноябрь 1953 г. и с июня 1954 г. по март 1956 г., его управление размещалось в селе Калининское (Киргизия). Заключенные, число которых достигало 4500 человек, были заняты на строительстве объектов, связанных с атомным проектом, добыче радиоактивного сырья, в гражданском, дорожном и жилищном строительстве. http://old.memo.ru/history/nkvd/gulag/maps/l374.htm

Причем численность «По данным лит[ерного] дела Подгорлага, на 01.01.55 - 3531, из них 2 осужденных за к/р преступления»

http://old.memo.ru/history/nkvd/gulag/r3/r3-276.htm . Т.е. лагерь был для уголовников.

А Мемориал, напомню, это контора, которая создана и существует именно для того, чтобы выяснить о ГУЛаге все. На их карте не только указан каждый лагерь, но и описана история существования, указан какой в какие годы был контингент, и все с отсылкой на архивные документы.

Впрочем, список лагерей приводится на многих ресурсах, и нигде нет лагеря в Киргизии в 30-е годы. Лагерей вообще в 30-е в азиатских республиках было всего три.

Мало того. Если в существовании героини – Дубровой Стеллы Натановны – сомнений нет, она хотя бы фигурирует в телефонных справочниках

http://nomerorg.company/moskva/lastName_%D0%94%D0%A3%D0%91%D0%A0%D0%9E%D0%92%D0%90_pagenumber_5.html

то о ее родителях вне упоминаний в книге интернет не знает ничего.

Нет в базе жертв репрессий Мемориала ни Лихтмахеров, ни Нудольской (девичья фамилия матери), а это самая полная база. Нет таких фамилий и на сайте «Бессмертный барак».

Забыть о них не могли: героиня сама работала в Мемориале и была признана «жертвой репрессий»:

http://www.papmambook.ru/articles/1682/

«Стелла Натановна внимательно следила за происходящим, читала множество газет и журналов, чтобы разбираться, что к чему. Работала на общественных началах в обществе «Мемориал»

– Я в КГБ ездила. Мне из архива дело отца выдали и дело матери. Посмотреть. Фотографировать не разрешили, полдня сидела – выписки делала. А теперь, видишь, справку получила, что я тоже жертва политических репрессий».

Однако в базе нет. И лагеря не было. Но – в книге «все правда».

И эту правду собираются включить в школьную программу:

«Начиная с шестого класса, современная — в узком смысле слова — литература вводится в виде отрывков. Главы из книг, которые вышли совсем недавно, например, из «Сахарного ребенка» Ольги Громовой».  – это пишет один из авторов учебника литературы нового образца.

http://www.pravoslavie.ru/94892.html

Есть в книге и другие нестыковки, есть телеграмма Сталина, разъясняющей населению, что войны не будет, так как немцы наши друзья.
В итоге мать с дочерью из ссылки сбежали -  друзья матери из наркомата сельского хозяйства подделали документы и прислали вызов (!) на мать девочки. Героини благополучно уехали и осели в Подмосковье. Страшный вездесущий НКВД ничего не заметил.

На одном из мамско-книжных форумов я задала автору вопрос: был ли на самом деле описываемый в книге лагерь в Киргизии.  Нет ответа уже 8 месяцев…

Вот здесь более полный разбор книги, в т.ч. сведения об отце героини, который вовсе не исчез, не был расстрелян (как в книге), а был освобожден в 1941г. Но рецензии такого рода книжные сайты удаляют, была удалена и моя короткая рецензия о несуществующем лагере.

https://www.livelib.ru/reader/herrero/reviews

https://my-shop.ru/forum/theme_117196/page_1.html

Книга собрала множество премий: Выбирают дети 2015, Шорт-лист премии им. Льва Толстого "Ясная Поляна", Нравится детям Ленинградской области, Международная детская литературная премия им. В. П. Крапивина, Лонг-лист Книгуру.

      Е.Ельчин «Сталинский нос» 2011 год.

«Впервые на русском языке выходит адресованная школьникам книга о событиях эпохи Большого террора.

Автор родился в Ленинграде в 1956 г., в 1983 году эмигрировал в Америку. Личный и семейный опыт автора воплотились в «Сталинском носе», но не стоит искать в нем автобиографические черты. Вернее, если и искать, то всем нам,  а также нашим бабушкам и дедушкам. Наше общее прошлое, фантасмагорически сгущенное, но оттого не менее узнаваемое, встает в этой книге вместе со всеми его исчезнувшими и до сих пор неизжитыми чертами.

«Сталинский нос» – это всего лишь один день из жизни обычного советского школьника Саши Зайчика. Но за этот день Саша успеет стать свидетелем ареста любимого отца, офицера НКВД, отрепетировать роль отрядного знаменосца, стать сыном врага народа, разбить бюст товарища Сталина, вызвать настоящий переполох в школе, спровоцировать арест учительницы, побывать объектом вербовки со стороны агента НКВД».

От издательства: ««Сталинский нос» — очень важная книга. Мы понимаем, что публикация этой повести – лишь начало длинного и трудного разговора, который мы хотели бы вести с нашими читателями и их родителями, разговора, который, мы надеемся, начнется в семьях наших читателей.

Конечно, мы не ограничимся только выпуском книги – издательство планирует организовывать и проводить в библиотеках, школах, на литературных фестивалях дискуссии вокруг книги. И мы надеемся, что этот разговор важен не только для нас, но и для наших читателей, что они его поддержат и продолжат дальше – со своими друзьями, родными, близкими».

В 2012 году «Сталинский нос» получил награду Ньюбери».

Ну а что – драйв, треш и детектив в одном флаконе. Люди там страшные, обстановка мрачная – что еще нужно неокрепшей детской психике?

Цитата из книги:

«— Куда? — рявкает охранник у подъезда и стряхивает с плеча винтовку. Я иду, не останавливаюсь, а он меня на прицел берет. Голову набок, глаз прищурил и целится. У него лицо такое, что сразу видно — ему и в ребенка стрельнуть ничего не стоит».

Там много всего - сын НКВД-шника за лакомство держит морковку, написавший анонимку кричит "Это я, я сделал!" и так далее. И все вслух говорят: «Вот этого расстреляли, и того…» И в конце – разговаривающий с ребенком отколотый нос бюста Сталина.

Но пацана все же не расстреляли – и на том спасибо.

      Еще один образчик детской неполживости:

Сказка «Дети ворона» Ю.Яковлевой.

Это первая сказка из цикла «Ленинградские сказки», сейчас вышли еще две, и автор уже подбирается к блокаде.

Автор родилась в 50-е, была балетным обозревателем, но в последние годы переключилась на детективы и реалити-сказки, действие которых происходит в 30-40-е годы.

«А школьники шли и шли. Барабаны били. Горны трубили. Воздух раскалывался от их рева. “Ура! Ура! Ура!” Над их головами качался усатый-носатый портрет. “Друг детей” — было написано под ним огромными буквами. Шурка схватился за фонарный столб. Друг детей. Ворон — друг детей. Дети Ворона! Так вот зачем хватали родителей! Чтобы забрать детей. Обзывали врагами, вредителями, шпионами их честных мам и пап, теть и дядь, бабушек и дедушек. Детей кормили таинственной слизью. Давали новые имена. Одевали одинаково. Бубнили им одно и то же, пока голова не превращалась в заезженную пластинку с записью. Серый дом был фабрикой. Туда свозили детей. Тань, Шурок, Бобок, Зой, Кать, Коль, Наташ, Миш, Лид, Петек, Вовок. И делали из них Рэев, Маев, Сталин, Кир, Владленов. Детей Ворона! Не честные, хорошие, умные люди были нужны Ворону. А преданные ему. Забывшие свою семью. Свое прошлое. Убежденные, что Ворон — их отец. Что Ворон мудрее всех на свете. Что серое и страшное царство Ворона — лучшая страна в мире».

Из интервью:

https://takiedela.ru/2015/11/stalin-i-deti/

"— В вашем романе есть бдительные уши в стенах, которые можно заткнуть хлебным мякишем, самовлюбленный лебедь и бестолковые воробьи, разговаривающие с детьми человеческим языком, прозрачные люди, сквозь которые ездят трамваи и бредут прохожие, мысли, выпрыгивающие изо рта в виде серых злобных сарделек.

— … Действие книги происходит в 1938 году. Это жизнь в то время была страшной сказкой. Мне кажется чрезвычайно странным, если бы у героев книги про это время не разговаривали птицы и не выпрыгивали сардельки изо рта. Невозможно написать про людей 30-х «он взял стакан», если потом стакан не полетел по воздуху.

А в основу «Детей Ворона» легла история миллионов русских, украинских, татарских, чеченских, крестьянских, рабочих, интеллигентских, каких угодно мальчиков и девочек, чье детство выпало на советское время, и с которыми Советский Союз обошелся кошмарно. Мои дедушки и бабушки были среди них. Советский Союз сталинской эпохи производил сирот в немыслимых количествах. Он был одним гигантским преступлением против детей. Ничего враждебнее детству, чем сталинизм и нацизм, в ХХ веке не случалось".

Ну и, разумеется, книга удостоилась литературной премии «Ясная Поляна»-2016.

Реалити, да. Одно только непонятно – откуда во времена Сталина взялись сардельки, если каждому неполживцу давно известно, что в то время от голода умерли все, кого не успели расстрелять?)

А теперь – история в картинках:

             А. Литвина «История старой квартиры»

Из аннотации:

«В истории простых обитателей старой московской квартиры отразилась история нашей страны в ХХ веке. Ее рассказали нам не только сами герои, но и их вещи: мебель и одежда, посуда и книги, игры и предметы быта. … Они - свидетели той истории, о которой не пишут в учебниках, но которая очень важна для каждого из нас, истории наших семей, наших друзей, истории нас самих.
Для младшего и среднего школьного возраста».

Много картинок, отрывистый текст.

Войны, реформы, железный занавес, оттепель, перестройка.. Талоны, дефицит, очереди, толкучки, челноки..


празднование Нового 1914-го года с пряниками на елке и разговорами о скором окончании войны;

голодная зима 1919-го без тепла, электричества и продуктов;

коллективизация и НЭП;

ночной арест и «10 лет без права переписки»;

усатый Сталин и дело врачей;

отъезд родных за границу в 70-х;

защита Белого Дома в 1991-м;

Правда, празднование Победы и встреча Гагарина все же отмечены, и даже без особого негатива.

Автор: «Представляете, каждый из нас – персонаж такой же книги. И наши родители, и деды, и прадеды».

Да-да, каждого в 1937 расстреляли, каждый уехал за границу, каждый защищал Белый дом.

Цитаты:

— Николка всё кашляет, третий день у него жар. Мама побежала на Самотёку, позвать врача — извозчика не нашла, трамваи не ходят. Пришёл доктор Игнатов, старый папин товарищ. Покачал головой: “Пневмония. Но рекомендовать нашу больницу вам не могу — хаос и неразбериха. В палатах — сыпняк. А у сиделок каждый день, изволите ли видеть, то собрания, то митинги”. (1919)

— Ну и буза была сегодня! Пошёл я на кухню, посмотреть, нет ли чего пошамать. А мамка там бельё стирала, заругалась: “Чего без дела шляешься? Садись с Тонькой задачки решать!” Только тут мадам комиссарша на кухню выплыла и давай на докторшу, Ленниколавну, орать: мол, та её новёшенькие шёлковые чулки своим примусом сожгла. А не вешай свои чулки над чужими примусами! (1927)

— по коридору прошло сразу несколько пар сапог. Нет, всё-таки не телеграмма. Наверно, товарищи по работе? Федя плакал всё громче, наконец тётя Маруся взяла его на руки, и он затих. За стеной, у Орликов, чтото упало и разбилось. А потом я уснула. Утро было самое обычное, но все почемуто притихли. За завтраком я не доела кашу, но мама мне ничего не сказала. Дедушка с папой не стали спорить, кто первым будет читать газету. (1937)»

«На свадьбу половина их курса пришла, и вся Танина родня приехала из посёлка Безбожник. Стол расставили через две комнаты, табуретки с кухни принесли, у соседей стулья и тарелки выпросили. С одного края стола гармонист наяривает, с другого — Элвис Пресли “на костях”! А дядя Фридрих со своими друзьями пошёл покурить на лестницу. И я за ними потихоньку, ведь если заметят — прогонят: “Не для твоих ушей”. Фридрих пока у нас живёт, потому что хочет уехать. Насовсем. За границу. А его не выпускают. Только об этом говорить нельзя. И про то, что он на машинке под копирку печатает, тоже нельзя...».(1973).

На полях рисунки: машинка «Эрика», тарелка плова, пластиковые пупсы, портреты Сахарова и Солженицына, билеты на Таганку, пылесос «Сатурн» и «17 мгновений весны» по телевизору.

Награды:

2016 - Лучшая детская книга года.  №1 детской части ярмарки по оценке журнала «Прочтение»  Вошла в десятку главных книг Non/Fiction по версии журнала GQ, вошла в топ "Лучшие иллюстрированные книги 2016 года" .

Вот такая история в переложении для детей.

--------------------------------------

Радует одно – книги становятся такими дорогими, а тиражи настолько малы, что далеко не каждая семья себе сможет их позволить. Хотя библиотеки никто не отменял.

Но владелица книжного магазина просит:

http://rara-rara.ru/menu-texts/stalin_vorony_i_zombi

Сталинские репрессии в литературе давно в тренде — в нашей — как в западной…

(далее она пишет, что уже написанные книги небезупречны)

Нужны реальные истории. С реальными именами. Чтобы мы страхи называли, глядя им в глаза, превращая из реальных в книжные. Прибыльные. Чтобы был массовый хит. Самый нерв для взрослых — давайте озвучим — «это повторится»? Нет, мы боимся, что дети будут слушаться не тех и думать не то. Значит, надо брать дело в свои руки — решительным образом. Сражаться своими средствами — классными книгами. Самый большой детский страх — скука. Они боятся зомби? Они любят бояться зомби, пусть лучше научатся бояться Сталина, как предводителя зомби. Не надо абстракций. Сталин делал из людей чудовищ. Пусть герой боится или нет, но пусть сражается. И даже если умрёт — а лучше спасётся — чудом, а как ещё — тогда они точно будут повторять: «Мы не зомби. Зомби не мы». Современному ребёнку, как и в советские времена, нужны дети-герои. Законы хорошей литературы от времени и режима не зависят.

Кто-нибудь, напишите нам хороший детский роман о плохом Сталине.

Напишут. Можно не сомневаться. Премия-то таким книгам обеспечена.

Наверняка надо ждать и мультиков, и колыбельных в духе «придет страшненький гулаг и прикладом просто так».

Нам же остается внимательно следить, что читают и смотрят наши дети.

Комментарий автора:

Справедливости ради надо сказать, что вот уже несколько лет идет бум советских переизданий (дореволюционных тоже). Нет, это не любовь издателей к советскому детлиту, это просто выгодно – в какой-то момент спрос на хорошие советские детские книги у букинистов стал зашкаливать, тонкая книжечка времен СССР могла стоить несколько тысяч – и тут издателей осенило: вот где золотая жила. Однако можно заметить, что понемногу поток советских репринтов уменьшается, да и некоторые из них «с купюрами».

Одновременно библиотеки активно списывают «советский период» - прошедшие 2 акции «Списанные книги» показали, что списывают все подряд, даже нечитанные книги, видимо, просто по году издания. Сейчас списывают 80-е годы издания и следует ожидать, что скоро советской  литературы (а также литературы стран соцлагеря) в библиотеках не останется.



?

Log in

No account? Create an account