Константин Двинский Вчера Сегодня вступили в силу сразу две ограничительные меры Запада против России: эмбарго ЕС на покупку русской нефти (кроме тех стран, которые получили исключение) и механизм предельных цен от G7 и примкнувшей к ним Австралии. Так как во всех этих ограничениях чёрт ногу сломит, я сделаю краткое поясняющее введение. Итак, потолок цен на нефть, о котором так неистово спорили последние недели европейцы, задуман вовсе не для их собственных закупок. ЕС с сегодняшнего дня перестает заключать сделки на покупку нашей нефти, что означает, что конкретно они её ни по каким ценам покупать вообще не будут. США и Великобритания ввели эмбарго уже давно. Из оставшихся мы продавали нефть только Австралии (аж целых 300 тыс. тонн нефти или 0,11% экспорта по данным 2021 года) и Японии. Для последней сделали исключение до 30 сентября 2023 года на любые поставки с проекта "Сахалин-2" (на "Сахалин-1" исключение не сделали). Кроме того, исключение из эмбарго получили Болгария, Хорватия и не имеющие выхода к морю страны ЕС (Венгрия, Словакия, Чехия), которые получают нефть по трубопроводу "Дружба". Отдельно отмечу тут Венгрию, которая получила полное освобождение от ограничения цен как на трубопровод, так и на поставки морским транспортом, если возникнет такая необходимость. Ещё была дискуссия по поводу Италии для поставок на принадлежащий "Лукойлу" НПЗ ISAB на Сицилии. Однако, судя по последней информации, решение об этом принято не было. Больше никто к потолку не присоединился. Таким образом, пока система предельных цен актуальна только для поставок в Австралию и Японию с "Сахалина-1". На трубопроводные поставки потолков никаких нет. Однако, зачем тогда вообще нужен этот потолок, если всё равно вступает в силу эмбарго? В восьмом "пакете с пакетами" ЕС имплементировал запрет европейским компаниям на оказание услуг по морской перевозке и страхованию любых сделок по продаже российской нефти и нефтепродуктов третьим странам. То есть потолок нужен именно для ограничения транспортировки русской нефти западными компаниями. А, так как они контролируют бОльшую долю рынка перевозок и страхования, то именно эта мера и должна с одной стороны ударить по доходам России, а с другой – не лишить свои транспортные компании доли рынка. И вот тут для России кроется большой соблазн и огромная опасность. Об уровень "потолка" неспроста сломали такое огромное количество копий. Если бы он был смехотворно низкий (как предлагали Польша и Прибалтика), то Россия однозначно бы не присоединилась к этому. Тут даже разговаривать бы было не о чем. Средняя цена Urals в ноябре составила 66,47 долларов за баррель. А в последнее время значения так и вовсе падали ниже потолочных. По задумке G7 предельные цены должны быть не более чем на 5% меньше средней рыночной цены нашей нефти. Таким образом, согласись Россия с потолком в 60 долларов, будут "и волки сыты, и овцы целы" – рестрикции работают, объемы нефти резко не уходят с рынка, цены не растут, но и Москва доходы не сильно теряет. И действительно, наша квота в рамках ОПЕК+ сейчас 10,5 млн баррелей в сутки. Текущий уровень добычи составляет примерно 9,9 млн б/с. Таким образом, гипотетически, согласись мы на потолочный механизм, можно было бы даже нарастить добычу. Ведь весь мировой рынок перевозок будет к нашим услугам. Однако что случится после этого. Возможность увеличения предложения будет тянуть цены в сторону понижения. Плюс тут сработает и психологический эффект – рынок успокоится, узнав, что русские баррели остаются в строю, и большого дефицита на рынке не предвидится. А при снижении цены произойдет что? Правильно, пересчёт уровня потолка. Ну и потом эта песня будет вечной. Далее. На протяжении всего года ОПЕК+ явно дают понять, что западные ограничительные меры против России им совершенно не нравятся. Это подтверждается как конкретными решениями (чего только стоит октябрьское решение о снижении квот на рекордные объёмы), так и на уровне риторики. А ведь те же самые саудиты легко могли бы хотя бы частично заместить выпадающие объёмы нашей нефти. Но они этого не делают. Потому что во-первых, им очень нравятся текущие цены. А во-вторых (и это, на мой взгляд, более важно), они понимают, что следующей жертвой в рестрикционной вакханалии Запада могут быть они сами. Пусти козла в огород, как говорится. Поэтому гипотетическое присоединение России будет идти в разрез с той колоссальной поддержкой, которая оказывается нам со стороны картеля экспортеров нефти. Неспроста сразу после вчерашнего заседания ОПЕК+, на котором было подтверждено решение о сокращении квот, Новак ещё раз в ультимативной форме заявил, что Россия не собирается применять инструменты, связанные с потолком цен. Более того, разрабатываются "механизмы запрета на применение инструмента price cap, независимо от того, какой уровень будет установлен". Ну и, наконец, наше любимое: "не было бы счастья, да несчастье помогло". Все эти ограничения являются огромным стимулом для того, чтобы Россия развивала свое судоходство, новые логистические маршруты, страхование и прочее-прочее-прочее. А не покупалась снова на удочку западных "удобств". В общем, небольшая краткосрочная выгода ни коим образом не перекроет огромных долгосрочных издержек, согласись Россия на ценовой потолок. Поэтому делать этого категорически нельзя.