Константин Двинский . Вчера Тема создания новой валюты стран БРИКС возникла в прошлом году. Её инициатором стал Владимир Путин, который в ходе предыдущего саммита в Пекине анонсировал данный вопрос и предложил остальным странам-участникам объединения приступить к его немедленной проработке. В течение всего года стороны вели предметные дискуссии о создании новой валюты. Вопрос, разумеется, является сложным, поэтому единую позицию выработать непросто. Примечательно, что все страны солидарны с тем, что необходимо скорейшем образом избавляться от долларовых расчетов. И, если смотреть на проблему шире, постепенно выходить из Бреттон-Вудской системы. Ведь её суть заключается не только сугубо в евродолларовых расчетах. Американская валюта является лишь инструментом Бреттон-Вудской системы. Но её суть более объемна. Это цельный финансовый механизм, который регулирует всё, начиная от ценообразования важнейших товаров, заканчивая принципом формирования резервов. Можно, конечно, отказаться от доллара и перейти на расчеты в рублях или юанях. Однако если стоимость нефти будет определяться в американской валюте и на западных биржах, то говорить о полной дедолларизации экономики будет преждевременно. Но здесь страны БРИКС солидарны. У всех есть желание создать новую систему, которая обеспечивала бы суверенитет государств-участников, а не ставила бы их в зависимость от решений глобалистов. Впрочем, желание стран повысить уровень своего суверенитета вполне логично. Вопрос в том, как это сделать. И здесь начались дискуссии и противоречия. Ведь новая валюта - как указано выше, процесс сложный. Не буду сейчас описывать суть этих противоречий. Кратко отмечу, что в процессе дедолларизации главное - не попасть в зависимость от другого центра силы. Однако странам БРИКС, судя по всему, удалось согласовать общую концепцию новой валюты. Её вчера анонсировал глава Минфина России Антон Силуанов: Сейчас основной упор в развитии торговых отношений делается именно на расчеты в национальных валютах. Мы видим возможности обсуждения создания единых расчетных систем. Это может быть расчетная единица для стран - членов БРИКС. Не то что единая валюта, как в ЕС, а расчетная единица как альтернатива доллару, в которой могут выражаться стоимости товарных поставок, бенчмарки по каким-то товарам, с тем чтобы не зависеть от единой валюты или того эмиссионного центра, который непонятно как осуществляет эмиссию этих денежных знаков Не знаю, почему Силуанов отказывается употреблять термин "валюта" и оперирует понятием "расчетная единица". Естественно, речь о копировании европейского опыта не идет. Это было бы безрассудно. Но, если расчетная единица, как и предполагается, будет использоваться в международных расчетах и в резервах, то она вполне является валютой. Противоречий тут нет. Итак, что предполагается. Анонсированная Силуановым расчетная единица во многом по своей сути повторяет опыт ЭКЮ - европейской валюты, существовавшей в 1979-1998 годах. ЭКЮ использовалась в качестве безналичного расчета для внешнеторговых операций, расчетов между коммерческими и центральными банками, выполняла резервную функцию и даже функцию кредитования. Ограничений в использовании ЭКЮ внутри национального государства практически не было. Но, естественно, подобные операции были непопулярны в силу их бессмысленности, когда существуют нац валюты. ЭКЮ зарекомендовала себя вполне эффективно и сняла в свое время противоречия между странами Европы. У Европы тогда не было желания полностью ложиться под доллар, но договориться об эталоне одной из национальных европейских валют было невозможно. ЭКЮ представляла собой корзину национальных валют в определенной пропорции (например, немецкая марка составляла более 30%, французский франк - около 20%, британский фунт - 13-15% и т.д.) Обеспечена ЭКЮ была резервами, которые европейские страны замораживали в эмиссионном центре. И возвратить могли только обменяв их на ЭКЮ. Если возвращаться к новой валюте стран БРИКС, то европейский опыт вполне может быть использован. Соответствующий институт (будущий эмиссионный центр) имеется - Новый банк развития. Необходимо договориться о пропорциональном составе корзины и заложить соответствующие резервы. С технической точки зрения процесс эмиссии и транзакции не представляет проблем. А если использовать цифровые технологии, то эффективность расчетной единицы вырастет в разы. Разумеется, в такой конфигурации новая валюта БРИКС может выполнять многие функции помимо проведения международных расчетов. Это и резервная функция, и кредитования. И, самое главное, ценообразование на биржевые товары. Такие, как нефть, СПГ, пшеница и т.д. Подобное, действительно, станет настоящей дедолларизацией и разрушением Бреттон-Вудской системы. Можно предположить, что в ходе текущего саммита БРИКС будет принята общая концепция новой валюты. Далее потребуется минимум год на проработку всех деталей. В 2024 году на саммите БРИКС в Казани можно ожидать запуска новой валюты в ограниченном тестовом режиме. А вот что будет дальше, насколько данный инструмент окажется эффективным, пока сказать сложно. Однако сейчас главное - начать.