February 26th, 2019

orang

Закат либерализма

Вчера в 09:43   Михаил Хазин

Фёдор Лукьянов, как обычно, написал хороший текст.

Но при этом это текст дипломатически-идеологический. То есть он констатирует уже практически очевидный факт в этой сфере. Так сказать, забивает последний гвоздь в крышку гроба. Но у самого явления есть и базовая причина и о ней мне хотелось бы сказать несколько слов.

Причиной этой проблемы является то, что сломалась та «машинка», которая обеспечивала экономическую экспансию либерализма (то есть идеологии «Западного» глобального проекта). Эмиссия доллара больше не вызывает экономического роста, а накопленные долги серьезно давят на государства и обывателя. Я уже много раз объяснял, до какого размера дойдёт экономический спад и спад доходов граждан стран «золотого» миллиарда по итогам кризиса, когда доходы и расходы придут в равновесное состояние (в полном соответствии с заветами либеральной экономической теории).

Повторю еще раз: для Евросоюза этот спад может достигать 50%, для США — 60% (с учетом явно завышенного ВВП). И тогда начнутся очень серьезные проблемы.

Дело в том, что «победа» либерализма была связана исключительно с доминированием в общественном устройстве «развитых» стран «среднего» класса, как людей с типовым потребительским поведением. До этого основной социальной стабильности в обществе были консервативные идеи, которые воспитывались в рамках семьи и поддерживались традиционными религиями. Понятно, что банкирам это не нравилось, поскольку консервативные идеологические модели всегда крайне негативно относятся к ссудному проценту. Но поскольку рисковать социальной стабильностью они не могли, то, пусть и скрепя сердце, вынуждены были терпеть. Да и опыт Российской империи 1917 года не давал им спокойно спать.

Ситуация изменилась только с появлением «рейганомики», то есть началом кредитного стимулирования спроса, вопрос стало можно решить. Поскольку этот механизм (построенный на рефинансирование частного долга) позволил создать устойчивый «средний» класс, превышающий половину общего населения страны и служивший «социальным» якорем, который и обеспечивал типовое поведение.

«Средний» класс, который имеет какую-никакую собственность, в отличие от бедных, но не имеет собственных ресурсов, чтобы эту собственность защищать, очень заинтересован в наличии сильного государства. Даже если оно контролируется банкирами.

Именно с этого периода (начала 80-х годов прошлого века) и начались либеральные безобразия, от гей-парадов до ювенальной юстиции. Именно это период активного расширения либеральной идеологии, которая начала победную поступь по Европе. Но в основе ее было очень простое объяснение: хотите жить по стандартам нашего «среднего» класса – поддерживайте либеральную идеологию! В реальности ведь речь шла не о педерастических ценностях, а о гарантированных (для »среднего» класса) стандартах типа «джип энд домик»!

И народ проникся! Тем более, что думать о детях и внуках стало не нужным, это же противоречит «либеральным ценностям»! Они должны думать о себе сами (если вообще появятся)! Все стали жить ради потребления и «волны счастья» захлестнули Европу, точнее, страны Евросоюза и тех, кто так жаждет к ним присоединиться!

И, естественно, никому не объяснялось, что экономическая модель, которая лежала в основе этого «процветания» носит конечный характер. Да, длинный (почти на 40 лет хватило), но – конечный. И, кстати, срок этот уже подошёл к концу! Но успело вырасти два поколения «либерастов»! Которые ничего не умеют, категорически не готовы брать на себя ответственность, в том числе, заводить детей, и которым придётся бороться за свою жизнь, прозябая в нищете...

Вот в чём причина нынешней остановки экспансии либерализма и его, достаточно быстрого, в ближайшей будущем, отката назад. Вот почему будет так плохо в Западной Европе, где либеральные и нищие представители бывшего «среднего» класса будут просто поглощены консервативными мигрантами, которые, хотя бы, размножаться не разучились. Вот почему уже поднял голову в Европе Восточной консерватизм, причем жесткий, с явным упором на откровенный национализм. Либерализм очень дорого обойдётся Европе, особенно, Западной, весьма возможно, что некоторые ее страны навсегда исчезнут с карты мира, превратившись в «новую Африку» или «новый Халифат» (например, Норвегия и Швеция). И здесь ничего нельзя сделать, отказ от Библейских ценностей (то есть, с религиозной точки зрения, продажа души) всегда стоит очень дорого!

Так что, разумеется, Лукьянов прав. Но при этом нужно учитывать то, что будет происходить после ухода «либерализма» (точнее, представителей «Западного» глобального проекта, банкиров) с той территории, на которой они несколько десятилетий «резвились». А там, поскольку маятник всегда качается в разные стороны и доходит до конечной точки, начнут свое проявление те самые жесткие консервативные силы, которые до поры до времени сидели «в засаде», а теперь начали выходить на поверхность.

Это, в первую очередь, агрессивный национализм (фашизм), который мы уже видим на Украине и в Прибалтике и не менее агрессивный мусульманский фондаментализм. С ними будет достаточно тяжело справиться, поскольку бывшие либералы, которые будут возмущены потерей пресловутых «джипа и домика», легко попадут под соответствующее влияние. А по мере того, как будет становиться понятно, что и это не работает, голову начнет поднимать коммунизм, по который все в Европе считали, что он уже давно умер. Так что поражение банкиров с их либерализмом приведет к очень большим последствиям для мира!
Подробнее на https://aurora.network/articles/1-mirovoy-krizis/65553-zakat-liberalizma
orang

Crimsonalter: Дональд Трамп просит опустить цену на нефть (Many)

Crimsonalter: Дональд Трамп просит опустить цену на нефть (Many)
Президент США опять пытается использовать свой личный твиттер в качестве пульта управления реальностью. При беглом взгляде может показаться, что ему это прекрасно удается: например, вчера после его твита о том, что нефть стоит слишком дорого, цены на черное золото на биржах в Нью-Йорке и Лондоне действительно упали на несколько долларов. Однако при более внимательном рассмотрении ситуации видно, что участникам нефтяного рынка действительно страшно — только вот боятся они совсем не твитов американского президента.

Самое интересное в "нефтяном твите" Дональда Трампа — это крайне нехарактерный для американского президента просительный тон: "Цены на нефть становятся слишком высокими. ОПЕК, пожалуйста, расслабься и успокойся. Мир не может принять повышение цен — (он. — Прим. ред.) хрупкий!" — пишет американский лидер. Нужно быть буквально слепым, чтобы не заметить того, что Трамп отошел от традиционного американского подхода в смысле использования угроз и давления, а именно просит ОПЕК (очевидно, подразумевая всех участников "нефтяной сделки" в формате ОПЕК+Россия) не поднимать цены выше и пытается именно убедить, а не запугать, хотя в его случае было бы логично сослаться на возможные санкции или так называемый "билль НОПЕК", который сейчас лежит в американском конгрессе и в случае принятия может позволить американскому Министерству юстиции пытаться наказать страны — участницы "нефтяной сделки". Однако президент Соединенных Штатов делает совсем другую отсылку — он пишет, что "мир хрупкий" и не выдержит. Именно это, скорее всего, и напугало рынок.

Когда американский лидер публично признает, что мировая экономика настолько хрупка, что сломается от очередного повышения цен на нефть, то с точки зрения многих участников рынка такая ситуация является поводом паниковать заранее. В ценах на нефть зачастую отражаются ожидания не только в плане мировой добычи, но и относительно мирового спроса на нефть. По факту Трамп сказал, что со спросом в мировой экономике будут наблюдаться серьезные проблемы.

Помимо сугубо экономических соображений, американский лидер, вероятно, руководствовался и геополитическими, связанными с ситуацией в Венесуэле. Если посмотреть на кризис в этой стране с точки зрения его влияния на рынок нефти, то получается довольно неприятная для США картина: против Каракаса совсем недавно были введены очень жесткие санкции, которые мешают Венесуэле экспортировать нефть, что толкает цены на мировом рынке вверх, а какого-то прогресса в плане "цветной революции", которую Госдеп запустил после признания Хуана Гуайдо президентом страны, сейчас не наблюдается. Недавний провал схемы прорыва венесуэльской границы с помощью "гуманитарного конвоя", а также сообщения американского агентства Bloomberg о том, что даже американские союзники в регионе — Перу и Колумбия — не поддерживают военную интервенцию против Венесуэлы, указывают на то, что американские надежды на скорое "затопление рынка венесуэльской нефтью" (уже под американским контролем), скорее всего, не сбудутся. Если это правильная оценка ситуации, то обращения Трампа через твиттер к странам ОПЕК — это скорее жест отчаяния.

Вполне вероятно, что обеспокоенность "хрупкостью мира" в случае Трампа означает прежде всего беспокойство о состоянии американской экономики. "Нефтяной твит" американского президента был опубликован в тот же день, что и опрос американской "Национальной ассоциации экономики бизнеса" (National Association for Business Economics) — авторитетной НКО, которая объединяет специалистов по влиянию макроэкономических факторов на деловую среду. Согласно этому опросу, американская экономика войдет в рецессию в 2021 году. Как сообщает агентство деловой информации Bloomberg, "десять процентов (опрошенных экономистов. — Прим. ред.) предсказывают рецессию, начинающуюся в этом году, а 42 процента называют ее началом следующий год". В переводе с языка экономических прогнозов на язык политических перспектив это означает следующее: перед Дональдом Трампом во весь рост встает перспектива проведения избирательной кампании в условиях не растущей, а падающей американской экономики, причем любой американский политтехнолог подтвердит, что сохранить за собой президентское кресло в условиях рецессии — это крайне сложная задача, которая в случае Трампа отягчена тем, что многие избиратели терпят его исключительно по экономическим причинам.

Именно поэтому там, где многие российские комментаторы заметили признак какой-то особой "силы Трампа", способной повлиять на цену на нефть, американские журналисты увидели исключительно попытку президента хотя бы на какое-то время обеспечить себе удобную конъюнктуру в предстоящей избирательной кампании. Колумнист и энергетический аналитик агентства Рейтер Джон Кемп пишет: "Хрупкий" — самое важное слово в твите президента Трампа. Президент признает, что мировая экономика значительно замедлилась с середины 2018 года. В результате "мир не может принять повышение цены". Белый дом полностью сосредоточен на том, чтобы избежать рецессии, сохранить рост экономики до конца 2020 года и спасти президентскую кампанию по переизбранию. Переизбрание является приоритетом № 1, который важнее всего. Китайские торговые переговоры должны прийти к успешному завершению по той же причине. Белый дом не может позволить себе повышать тарифы, если это может подтолкнуть экономику к рецессии. Президенту США нужна сделка так же, как и Китаю".

С точки зрения сохранения имиджа мирового гегемона действия вашингтонской администрации являются крайне токсичными — потому что всем видно, что Белый дом уже не может вести переговоры по важным для него вопросам с позиции силы. Более того, в прошении американского лидера скрыт еще один важный момент — если Трамп вынужден обращаться к просьбами остановить повышение цен к странам ОПЕК, это значит, что все разговоры об "энергетической самодостаточности" США и о том, что в случае необходимости Штаты всегда могут залить рынок "дешевой американской сланцевой нефтью", относятся к сфере пиара, а не реальности. Флагман американской деловой прессы The Wall Street Journal объясняет, почему: "Некогда мощное партнерство между компаниями по добыче нефти (и финансистами с. — Прим. ред.) Уолл-стрит идет на спад, по мере того как (сланцевая. — Прим. ред.) отрасль изо всех сил пытается привлечь инвесторов после почти десятилетия потери денег. Частые вливания капитала с Уолл-стрит поддержали американский сланцевый бум. Но эта щедрость заканчивается".

Заканчивается не только щедрость американских финансистов, которые уже не очень хотят вкладывать деньги в убыточных "сланцевиков". Завершается и тот исторический период, в котором США могли в одностороннем порядке диктовать свою волю окружающему миру. Белому дому придется снова учиться забытому искусству договариваться. Только вот желающих договариваться с Вашингтоном уже будет довольно трудно найти.

orang

Борьба украинских элит как признак катастрофы / Ростислав Ищенко

Ростислав Ищенко    Мы часто отмечаем жёсткость противостояния различных группировок украинской элиты. Эта жёсткость уже породила три государственных переворота: 2004/5, 2007 и 2014 годов (плюс одна неудавшаяся попытка в 2000—2002 годах) — и локальную гражданскую войну в Донбассе

Эта же жёсткость неумолимо ведёт Украину к полномасштабной гражданской войне на всей её территории. В этом противостоянии идеология (еврооптимизм, бандеровщина, русофильство, различные левые проекты) служит лишь прикрытием для истинных меркантильных интересов финансово-политических группировок.

Но является ли это противостояние чем-то уникальным в современном мире? Нет. И на национальном, и на глобальном уровне противостояние элит давно перешло грань разумного и разрушает среду обитания самих элит. Сегодня во всём мире можно выделить только два государства: Россию и Китай, в которых внутриэлитные противоречия микшированы за счёт воли центральной власти.

В Китае этому способствовала политика Си Цзиньпина, отменившего ротацию правящей элиты каждые десять лет и законсевировавшего власть своей группировки. Такие решения принимаются не от хорошей жизни. Даже начинающим политикам известно, что если противоречия не находят выход в легальной политике, они рано или поздно срывают крышку котла. Но очевидно, что в условиях сегодняшнего острого глобального противостояния единство и последовательность власти для Пекина признаны более существенной опцией, чем возможность стравливать пар из системы.

В России политика Владимира Путина оказалась существенно более гибкой. Она направлена не на подавление какой-либо политической группы, а на достижение между ними консенсуса, на основе арбитража центральной власти. Однако такая система действенна лишь до тех пор, пока центральная власть обладает непререкаемым авторитетом в обществе. Именно поэтому россиян (как принадлежащих к правящей элите, так и обычных граждан) больше всего интересует, кто будет после Путина и что будет после Путина. При этом ожидания довольно пессимистичные, поскольку народ на интуитивном уровне чувствует, что повторить путинское авторитетное правление будет крайне сложно.

И опять-таки надо иметь в виду, что российский консенсус элит оказался востребованным (что предопределило востребованность Путина) из-за внешней угрозы не только самому существованию российской государственности, но и, в первую очередь, благополучию правящей элиты. В 90-е годы, пока элита считала, что сможет интегрироваться в глобальную в индивидуальном порядке, интересы государства её не интересовали и ни о каком консенсусе не было и речи.

Таким образом, приходим к выводу, что российская и китайская системы, исключающие острое внутриэлитное противостояние как фактор политической жизни, являются в нынешнем мире уникальными, своего рода отклонением от глобальной нормы. Во всём остальном мире глобализированные элиты, уже будучи интегрированы в мировую систему распределения власти и собственности на устраивающих их условиях (в такой системе прибалтийские элиты ничего не значат за пределами своих заповедников, но их это устраивает), утратили чувство опасности и перешли в режим жёсткого противостояния.

Collapse )